В июне-июле 1944 года, едва высадившись на острова Марианской гряды в Тихом океане, американцы спешно начали строить новые и модернизировать имеющиеся взлётно-посадочные полосы. Ещё было не сломлено сопротивление японских гарнизонов, а работы на крупнейших островах архипелага Сайпан, Гуам и Тиниан уже велись полным ходом.

Спешка была понятной — расстояние от марианских аэродромов до Японии составляло порядка 2400 км, что давало возможность дотянуться практически до любой цели с помощью новейших тяжёлых бомбардировщиков B-29. Строго говоря, американцы пустили их в ход впервые с аэродромов в Индии и Китае, но операции эти были крайне неэффективными. Аэродромная сеть в местах базирования была не развита, и полёты над Гималаями в экстремальных условиях давали такой уровень потерь, которому могла позавидовать японская ПВО. С дорогами дело обстояло не лучше, и те же B-29 вынуждены были выступать в роли транспортников, создавая себе запас горючего и бомб на единственный вылет. Доходило до того, что при встречном ветре один доставленный галлон бензина стоил 12 потраченных на доставку галлонов! Аэродромы на Марианах такой проблемы были лишены, их снабжение по морю было простым.

Подготовка аэродромов, тренировка экипажей и «пристрелочные» вылеты на более близкие, чем Япония, цели заняли немало времени, затем вмешалась непогода. В итоге первый удар по Японии «Суперкрепости» нанесли лишь 24 ноября 1944 года. Однако начало было положено, и процесс было уже не остановить — вылеты с Марианских островов стали регулярными. Именно отсюда стартовали бомбардировщики, уничтожившие японскую промышленность и японские города, отсюда поднялись в воздух самолёты, сбросившие атомные бомбы на Хиросиму и Нагасаки. После захвата Окинавы B-29 стали сопровождаться «Мустангами». Кадры хроники сохранили для истории весь процесс — взлёт бомбардировщиков и истребителей, сбор группы, полёт к берегам Японии, отражение атак японских перехватчиков и, наконец, сам сброс бомб.