Этот самолет был настолько необычен, что ему долго пришлось доказывать свое право на существование. В то время, как собратья «Москито» по классу бомбардировщиков пытались защититься от вражеских истребителей, наращивая количество и калибр стволов оборонительного вооружения, конструкторы Де Хэвилленда провозгласили настоящую ересь, полностью от него отказавшись.

Единственным аргументом против немецкой ПВО должна была стать высокая скорость, и расчет оказался верным — «Москито»-бомбардировщики зарекомендовали себя поистине неуловимой целью, желанной для любого аса люфтваффе. Другой особенностью самолета стало минимальное применение металла — практически весь планер был выполнен из дерева, что в условиях дефицита в условиях тотальной войны алюминиевых сплавов было большим плюсом.

Успех бомбардировщика быстро привел к тому, что «Москито» быстро переоборудовали в разведчик, штурмовик, ночной истребитель и даже торпедоносец. Во всех ипостасях он был необыкновенно хорош, особенно в роли ночника — если за безоружными «Москито»-бомбардировщиками немцы гонялись с энтузиазмом охотничьих собак, то от «Москито»-истребителей они считали за большое счастье убраться подальше. Далеко не всем это удавалось, и ночные «Москито» сделали к концу воны невыносимой жизнь своих немецких коллег.

Всего за время серийного производства, в 1940–1950 гг., на заводах в Великобритании, Канаде и Австралии был выпущен 7781 «Москито» в более чем в 30 модификациях, использовавшихся в ВВС многих стран мира. К сожалению, на данный момент в летном состоянии сохранился лишь один самолет в модификации истребителя-бомбардировщика FB.26.