Вторую мировую войну английская армия встретила в крайне сложном положении. Политика «умиротворения» позволила выиграть год мира, за который удалось наладить серийное производство нескольких видов танков. Но назвать английскую армию того периода готовой к войне очень сложно. Это хорошо видно по итогам боёв во Франции в мае 1940 года. Здесь в составе Британского экспедиционного корпуса находилось сразу четыре типа крейсерских танков. Среди них имелся и Cruiser Tank Mk.II, пожалуй, самый противоречивый танк из этой четвёрки.
Полупехотный танк
История Cruiser Tank Mk.II началась весной 1936 года. В апреле на испытания вышел опытный Tank, Experimental, Medium, A9E1, который разрабатывался в рамках программы создания машин среднего класса. Со средними танками у англичан к тому моменту была беда — работы по преемнику для Medium Tank Mk.II продолжались уже почти 10 лет. Новая машина, работа над которой велась под руководством Лесли Литтла, показала себя более надёжной, чем неудачливые предшественники. Прежде всего, это касается подвески, с которой у англичан постоянно что-то не клеилось. Кроме того, машина получилась легче и меньше, и это при равной толщине брони, а также сопоставимой огневой мощи. Вдобавок A9E1 имел вполне удовлетворительную подвижностью. Наконец-то появился танк, способный сменить Medium Tank Mk.I и Medium Tank Mk.II.
Танк A9E1 стал рассматриваться и как перспективная платформа для создания машины другого типа. Дело в том, что ещё в 1934 году в Великобритании появилась спецификация на два типа пехотных танков — лёгкого и среднего. Лёгкая машина получила индекс A11, после ряда метаморфоз её приняли на вооружение как Infantry Tank Mk.I. Спецификация на другой, средний танк, предусматривала создание машины с вооружением в виде 2-фунтовой пушки и пулемёта, толщина её брони составляла 25 мм. На Vickers-Armstrongs появилась идея создать такую машину на базе A9, тем более что даже при усилении брони до 1 дюйма (25,4 мм) максимальная скорость танка всё равно превысила бы требуемые в тактико-технических требованиях 16 км/ч. Кроме того, у машины уже имелась трёхместная башня, которая фигурировала в спецификации на пехотный танк среднего класса.
Первые проблемы начались ещё в момент разработки машины, получившей обозначение A10. Дело в том, что английские военные изменили требования по защищённости танка. Теперь они хотели 60 мм брони. К такому резкому увеличению массы шасси A9 оказалось не готово. В результате появился компромиссный вариант — с бронёй 30 мм. От противотанковой пушки она защитить не могла, но огонь 20-мм автоматической пушки вполне держала.
Вряд ли английские военные были в восторге от такой идеи, но всё же Vickers-Armstrong получила добро на постройку опытного образца Experimental Tank A10E1. Эта машина, получившая WD-номер T.1479 и регистрационный номер BMM835, вышла на испытания в июле 1937 года.
С технической точки зрения танк практически полностью повторял своего предшественника. Сохранился даже 120-сильный двигатель Rolls-Royce Phantom II, который на испытаниях A9E1 показал себя не лучшим образом. Главным отличием стала новая лобовая часть корпуса. Поскольку на пехотном варианте пулемётных башен не требовалось, от них отказались. Танк получил верхний лобовой лист корпуса с рациональным углом наклона. Была переделана и рубка механика-водителя. На верхнем лобовом листе корпуса появились специальные планки-отбойники, которые должны были отсекать пули и осколки снарядов. Также немного изменилась кормовая часть корпуса в районе моторного отделения. Гораздо меньше бросалась в глаза увеличившаяся толщина брони, это можно было заметить только на стыках листов. Из видимых изменений можно также отметить усиление бронировки механизмов ведущих колёс.
Демонтаж пулемётных башен позволил немного уменьшить массу, но всё равно A10E1 оказался более чем на тонну тяжелее прародителя. Такой оказалась плата за увеличение толщины брони. Проблемы с силовой установкой на данной машине оказались ещё более существенными, чем у предшественника. Между тем A10E1 перестали рассматривать в качестве пехотного танка, поскольку начались работы по A12, более известному как Matilda. У этой машины толщину брони увеличили до 75 мм, чего с лихвой хватало для соответствия требованиям военных по защите.
Тем не менее участь остаться опытной машиной A10 не грозила. Дело в том, что в английской армии отказались от такого термина, как средний танк. Вместо них появились крейсерские танки, обладавшие высокой подвижностью, но без толстой брони. Правда, к тому моменту ни одного серийного крейсерского танка ещё не существовало, так что в этот разряд записали A9. Что же касается A10, то он стал Heavy Cruiser Tank, то есть «тяжёлым крейсерским танком». Как и в случае с A9, выглядело это решение как вынужденная мера. Уж чем, а высокой подвижностью A10 явно не мог похвастаться. Конечно, 25,6 км/ч были не теми 16 км/ч, что требовались от пехотного танка, но даже на фоне 40 км/ч, которые развивал A9, это выглядело довольно скромно.
Переквалификация в «тяжёлый крейсер» отразилась на внешнем виде A10E1. Машина отправилась на переделку, после чего её внешний вид заметно преобразился. Изменению подверглась надмоторная плита, поскольку вместо Rolls-Royce Phantom II в танк установили другой двигатель — AEC A179 мощностью 150 лошадиных сил. Концепция крейсерского танка подразумевала наличие курсового пулемёта. От идеи ставить пулемётную башенку конструкторы отказались, вместо неё танк получил сильно расширенное отделение управления. Механика-водителя сместили влево, а справа появилось место пулемётчика. С самого начала там предполагалось установить танковый пулемёт BESA (лицензионную версию чехословацкого станового пулемёта ZB.53), но к моменту испытаний его ещё не существовало в металле. По данной причине вместо пулемёта был установлен макет.
Испытания показали, что машина имеет вполне удовлетворительные характеристики. Был построен и второй опытный образец, получивший обозначение A10E2. Целью его постройки была отработка ходовой части для пехотного танка с кодовым обозначением Valentine. Машину догрузили до боевой массы будущего пехотного танка.
Между Cruiser Tank Mk.I и Valentine
По итогам испытаний A10E1 в конструкцию танка была внесена очередная порция изменений. Башня лишилась командирской башенки. Её переделки оказались аналогичны тем, которым подверглась серийная башня A9 Mk.I. Разница была лишь в более толстой броне. Ряд изменений претерпела и носовая часть корпуса, а также её внутреннее оборудование. В финальной версии справа от механика-водителя появился дополнительный топливный бак ёмкостью 143 литра. Это заметно увеличивало дальность действия танка, но вряд ли механики-водители положительно оценили такого «соседа». Сидеть в обнимку со 143 литрами бензина, которые плескались в самой поражаемой зоне танка — это не лучший подарок. В финальной версии танк, получивший обозначение A10 Mk.I, имел боевую массу 14 тонн, что было почти на полторы тонны больше, чем у A9 Mk.I. Разумеется, такой перегруз не прошёл бесследно.
В отличие от A9 Mk.I, сама Vickers-Armstrongs от производства A10 почти самоустранилась. Помимо того, что у фирмы уже и так был контракт на выпуск A9 Mk.I, вовсю шли работы по Infantry Tank Mk.III. A10 оказался буквально третьим лишним. Завод Elswick Works изготовил всего 10 A10 Mk.I с WD-номерами T.8091-T8100 и регистрационными номерами PMX448-PMX457. Гораздо больший по объёму контракт достался Birmingham Railway Carriage and Wagon Company (BRC&W). Там изготовили 75 танков с WD-номерами T.5909-T.5983 и регистрационными номерами RMV264-RMV338. Ещё 75 танков выпустила Metropolitan Cammell Carriage and Wagon Company (MCCW), являвшаяся одним из филиалов Vickers-Armstrongs. Выпущенные там машины имели WD-номера T.9191-T.9265, при этом регистрационных номеров данные танки уже не получили. Наконец, самый большой контракт на выпуск 100 A10 предполагалось заключить с компанией R. W. Crabtree and Sons. Фактически же он оказался сокращён до 10 танков с WD-номерами T.15115-15124.
Первые танки стали покидать заводы в конце 1939 года. В тот момент шёл переход британских танков с пулемётов Vickers на BESA, и он самым прямым образом сказался на «тяжёлых крейсерах». Дело в том, что установка курсового пулемёта рассчитывалась на BESA, а вот в башне стоял спаренный Vickers. Патроны у этих пулемётов были разного калибра. Даже англичане не могли себе позволить такого разнобоя по боеприпасам. В результате серийные A10 Mk.I ездили вообще без курсовых пулемётов, а также без пулемётчиков.
Неудивительно, что A10 Mk.I надолго в серии не задержался. Всего их выпустили 45 штук, из них 12 изготовили на MCCW и 13 на BRC&W. Помимо спаренных пулемётов Vickers, эти машины отличались дополнительным бронированием лобовой части башни. Аналогичную броню получали и Cruiser Tank Mk.IV. В британской армии эти машины надолго не задержались: после разгрома Британского экспедиционного корпуса они почти перестали мелькать на фотографиях.
Примерно с весны 1940 года в серию пошла новая модификация танка, получившая обозначение A10 Mk.IIA. Её главным отличием стало появление орудийной установки №3, такая же использовалась на части Cruiser Tank Mk.IVA. В ней с 2-фунтовой пушкой был спарен пулемёт BESA, в корпус вернулись курсовой пулемёт и пулемётчик. Эта версия танка стала самой массовой. Примерно в это же время появилась и другая модификация — A10 MK.IA CS, оснащённая 94-мм гаубицей. Было изготовлено 30 таких танков поддержки. Их выпускала MCCW.
Пик производства A10 пришёлся на весну-лето 1940 года. С июня 1940 года эти машины сменили обозначение: A10 Mk.I стал Cruiser Tank MK.II, более поздние версии стали обозначать как Cruiser Tank Mk.IIA и Cruiser Tank Mk.IIA CS. Результаты боевых действий во Франции показали, что у машины нет будущего. Осенью 1940 года её производство потихоньку стало сворачиваться в пользу Infantry Tank Mk.III. Последними перестали выпускать эти машины на заводе R. W. Crabtree and Sons. Постоянные задержки привели к тому, что последние танки были сданы в июле 1941 года. К тому времени их армейская карьера подошла к закату.
Неспешный и аварийный
Во многих публикациях, посвящённых английским танкам, «мальчиком для битья» выступает крейсерский танк Covenanter. Ряд просчётов при его разработке привёл к тому, что в бой эти танки так и не пошли. Но существовал ещё один танк, который довольно долго провоевал, но при этом вполне мог поспорить с Covenanter по уровню аварийности. Речь идёт о Cruiser Tank Mk.II.
Первые Cruiser Tank Mk.II стали поступать в войска с начала 1940 года. Это были танки первой серии, оснащённые спаренными пулемётами Vickers и без курсовых пулемётов. До конца июня 1940 года в Королевский танковый корпус поступило 42 Cruiser Tank Mk.II, включая первые Cruiser Tank Mk.IIA. Первым делом машины шли на комплектование 1-й бронетанковой дивизии. Из-за того, что производство только налаживалось, поступление машин шло довольно медленно. К апрелю 1940 года в 1-й бронетанковой дивизии числилось 11 машин данного типа, к маю 19, а к началу боевых действий в соединении был 31 танк. Танкисты не успевали осваивать машины, что в сочетании с вполне ожидаемыми проблемами самих танков начального выпуска оказало влияние на результаты первого боевого применения A10.
Переход немцев 10 мая 1940 года от позиционной войны к наступлению застал англичан врасплох. К тому моменту 1-я бронетанковая дивизия всё ещё находилась в Англии на доукомплектовании. Начиная с 20 мая части дивизии начали высаживаться в портах Кале и Шербура. Первым в бой пошёл 3-й королевский танковый полк. Итог боёв оказался печальным: по состоянию на 25 мая из 30 крейсерских танков в строю осталось всего 3. Общие же потери дивизии к концу мая оставили 89 крейсерских танков, включая 17 Cruiser Tank MK.II.
Теряли эти машины в основном не от вражеского огня. В немецких фронтовых альбомах полно снимков Cruiser Tank Mk.II, брошенных на обочинах и скинутых в кюветы. Причиной тому стали многочисленные технические неисправности, которые сопровождали эту машину. Ничего удивительного в этом нет: при той же технической начинке, что и у Cruiser Tank Mk.I, машина потяжелела на полторы тонны. С учётом того, что и прародитель не отличался надёжностью, подобный финал был предсказуем. Только 2 Cruiser Tank Mk.II были потеряны от вражеского огня, оставшиеся 12 танков стали жертвами технических неисправностей.
26 мая началась операция «Динамо» — эвакуация Британского экспедиционного корпуса из Франции. Вместе с ними эвакуировались и французские части. Подразделения 1-й бронетанковой дивизии участвовали в обороне Дюнкерка и Кале, откуда шла эвакуация. Из Франции удалось эвакуировать часть личного состава дивизии, но основная часть танков, в том числе все крейсерские, осталась во Франции.
В момент эвакуации английские танки на очень короткое время оказались в составе французской армии. После эвакуации экипажей из состава 5 RTR несколько танков оказалось в распоряжении французского 342-го отдельного танкового полка, который вернулся из Норвегии, где потерял все свои Hotchkiss H 39. На сей раз французские танкисты решили сражаться до конца. В их распоряжении оказалось 10 английских крейсерских танков, включая несколько Cruiser Tank Mk.II. Увы, никакой подробной информации по применению в составе 342 CACC английских машин нет. Наверняка можно утверждать лишь одно — они приняли посильное участие в обороне Кале, откуда эвакуировались французские и английские войска.
В результате кампании мая-июня 1940 года все Cruiser Tank Mk.II Британского экспедиционного корпуса оказались трофеями немецкой армии. Брать на вооружение английские трофеи немцы не спешили. Брошенные то здесь, то там машины дали большую пищу для размышлений. Даже в качестве учебных танков Cruiser Tank Mk.II выглядели весьма сомнительным приобретением.
В немецкой армии Cruiser Tank Mk.II получили обозначение Kreuzer Panzerkampfwagen Mk II 742(e). Судьба большинства машин оказалась примерно такой же, как и у Cruiser Tank Mk.I — трофейные выставки и свалки. Тем не менее как минимум пара танков попала в учебные части. Кроме того, один танк оказался на полигоне в Куммесдорфе. В апреле 1945 года в числе других трофеев его пустили в бой против частей Красной Армии. Итог оказался вполне предсказуемым: танк сломался, и его скинули в кювет.
Высокая аварийность Cruiser Tank Mk.II отнюдь не привела к финалу его боевой карьеры. С июля 1940 года планировалось начать поставки этих машин в Северную Африку, где британцы сражались против итальянцев. Но фактически они стали поступать туда с осени 1940 года, причём в сравнительно небольших объёмах. Это были уже танки модификации Cruiser Tank MK.IIA с пулемётами BESA. Как и Cruiser Tank Mk.I, эти машины получили бортовой экран с левой стороны, благодаря которому поднималось меньше пыли. Также часть танков получила дополнительный топливный бак. Он, конечно, увеличивал дальность хода танка, но зачем было ставить 135 литров бензина спереди на левом крыле — хороший вопрос. Не попасть в него было трудно, а последствия такого попадания несложно представить.
По-настоящему массово Cruiser Tank Mk.II стали поступать в Северную Африку с начала 1941 года. Уже к 1 апреля здесь был 101 такой танк, включая 12 Cruiser Tank Mk.IIA CS. На тот момент эта машина оказалась самым массовым крейсерским танком в регионе.
Технические проблемы продолжали преследовать Cruiser Tank Mk.II. Дополнительной нагрузкой для танка стали пыль и высокая температура. Массово выявлялись проблемы со сцеплением. От африканского климата страдали элементы подвески, бандажи катков и траки. Воевать английским танкистам приходилось не только с противником, но и с капризной техникой.
Но апофеозом механических проблем обернулось применение этих танков в Греции. Ожидая немецкого наступления, англичане направили туда 3-й королевский танковый полк (RTR), на вооружении которого находились Cruiser Tank Mk.IIA и Cruiser Tank Mk.IVA. В ходе боёв за Грецию 3 RTR практически не имел потерь от вражеского огня. Капризная техника победила сама себя. Симптомы оказались теми же, что и в Северной Африке. Ситуацию усугубила острая нехватка запчастей. Брошенные на обочинах Cruiser Tank Mk.IIA стали символом английского участия в Греческой кампании весной 1941 года. 27 апреля личный состав 3 RTR погрузился на транспорты для отправки на Крит, почти никак не повлияв на исход сражения за Грецию.
Северная Африка стала единственным местом, где Cruiser Tank Mk.II хоть как-то себя проявил. Помогала, хотя и далеко не всегда, довольно толстая броня. Эти танки сыграли весьма важную роль в боях весны-лета 1941 года. Меры по приведению матчасти в рабочее состояние постепенно дали результаты. К сентябрю 1941 года аварийность снизилась. Из 42 числившихся танков 31 был в рабочем состоянии и готов к боевым действиям. К началу ноября число работоспособных машин выросло до 52.
Тем не менее судьба танков к тому моменту уже была решена. Операция «Крестоносец» стала последней, в которой крейсерские танки ранних типов (Mk.I-IV) принимали участие как машины первой линии. Появление более совершенных машин английского и американского производства позволило убрать устаревшие танки в резерв. На Кипре Cruiser Tank Mk.IIA использовались вплоть до начала 1943 года. Также имела место попытка сделать на базе Cruiser Tank Mk.II мостоукладчик, но выяснилось, что для этих целей даже Covenanter подходят лучше.
Оставшиеся в метрополии Cruiser Tank Mk.II использовались как учебные машины. От этой роли их освободили в начале 1943 года, признав окончательно устаревшими. Одному танку повезло: Cruiser Tank Mk.IIA CS ныне находится в экспозиции танкового музея в Бовингтоне. Недавно удалось обнаружить останки ещё одного танка данного типа. Группа энтузиастов пытается восстановить эту машину.
Судьба Cruiser Tank Mk.II стала наглядной демонстрацией того, насколько запущенной оказалась ситуация в английском танкостроении на начальном этапе Второй мировой войны. После такого не стоит удивляться, что поступившие на вооружение в августе 1941 года американские Light Tank M3 английские танкисты восприняли с большим энтузиазмом. В отношении английской армии слова о том, что её спас ленд-лиз, можно произносить безо всякой тени сомнения.
Источники и литература:
- http://tankdevelopment.blogspot.ru
- British Cruiser Tanks A9 & A10, Peter Brown, Model Centrum Progres, 2017, ISBN 978-83-60672-28-0
- Материалы NARA
- Фотоархив автора
На странице 118 "The Encyclopedia of French Tanks and Armoured Vehicles 1914-1940", Франсуа Вовилье пишет:
"Returning from Narvik and landing at Brest without their Hotchkiss H39s, they were offered Cruiser tanks being left behind by the 1st Armoured Division whose British crews were boarding ships to leave at the very, moment. This exceptional photograph immortalises that extremely brief period when, up until 18th June, the 342e CACC found themselves the owners of ten Cruiser tanks (here two A10s followed by an A 13 mark II with Christie suspension)."
И у него тоже Брест и дата 18 июня, откуда тогда у Вас взялся Кале? А-а Вы наверное с Питером Брауном в Бовингтоне или в ЦАМО одним ошибочным источником пользовались. Похоже французам действительно больше веры, чем Вам.
Всего доброго.
Цитата из Вашей статьи:
"В момент эвакуации английские танки на очень короткое время оказались в составе французской армии. После эвакуации экипажей из состава 5 RTR несколько танков оказалось в распоряжении французского 342-го отдельного танкового полка, который вернулся из Норвегии, где потерял все свои Hotchkiss H 39. На сей раз французские танкисты решили сражаться до конца. В их распоряжении оказалось 10 английских крейсерских танков, включая несколько Cruiser Tank Mk.II. Увы, никакой подробной информации по применению в составе 342 CACC английских машин нет. Наверняка можно утверждать лишь одно — они приняли посильное участие в обороне Кале, откуда эвакуировались французские и английские войска."
Назовите пожалуста источники этой информации, или сошлётесь только на работу Питера Брауна.
Мною по истории 342-й отдельной танковой роты (342e Compagnie Autonome de Chars de Combat) найдена другая информация.
342-я отдельная танковая рота (342e CACC) сформирована в конце февраля 1940 года на базе 1-й роты 42-го танкового батальона. Комадир роты капитан Дублино (Dublineau), личный состав роты исключительно добровольцы, как из самого батальона, так из батальонов 1-й и 2-й лёгких кавалерийских дивизий. Вооружение роты состояло из 15 танков Hotchkiss H-39. С 13 мая по начало июня 1940 года 342 CACC участвовала в боевых действиях в Норвегии в составе Французского Экспедиционного корпуса в Скандинавии. 2 и 3 июня 1940 года основное вооружение и техника танковой роты включая и 12 исправных танков H-39 были эвакуированы в Великобританию тремя транспортами «Bleackseat», «Javary» и «Marina». На территории Норвегии были оставлены в связи с невозможностью эвакуации только три танка H-39 № 40672 (техническая неисправность) в н.п. Сконланн (Skanland), №40708 (подрыв на мине) в н.п. Анкенес (Ankenes) и № 40747 (тяжелое застревание) в г. Нарвик.
Личный состав роты эвакуировался из Нарвика 4 июня на английском эскадренном миноносце. 5 июня л/с 342-й ОТР пересаживается в море на польский трансантлантический лайнер «Batory». Через пять дней конвой прибывает в Шотландию в порт Гринок (Greenock), где остается два дня. 13 июня 1940 года лайнер «Batory» входит в порт Бреста, сразу после выгрузки личный состав 342-й ОТР занимает оборону аэродрома в н.п. Гипава (Guipavas) на восточной окраине Бреста. Танки и другая техника роты остались в Британии.
Юрий, обращаю Ваше внимание на место и время возвращения 342-й танковой роты во Францию – порт Брест, 13 июня 1940 года. В это время и Кале (с 26 мая) и даже Дюнкерк (с 4 июня) уже находились под контролем Вермахта.
Командир роты капитан Дублино 18 июня 1940 пытается организовать использование британских танков, брошенных в торговом порту Гипавы для обороны города. Востановлены два танка, которые в дальнейшем используются как неподвижные огневые точки двумя добровольцами роты подофицером Флахо (Flahaut) и сержантом Мелик (Melique). Эти два смельчака до последнего прикрывают отход товарищей в Брест и их эвакуацию морем и попадают в плен к немцам. В конце дня основная часть роты, два офицера, врач и 135 солдат, под командой заместителя командира роты, эвакуируются из порта Брест на железнодорожном пароме «Twickenham Ferry» в Британию. Остальным военнослужащим роты приказано отправиться в н.п. Конке (Conquet), чтобы ночью на рыбацких лодках переправиться на остров Уэссан. 20 июня л/с роты на судне угольщике «Mousse Le Moyec» перевозят с острова Уэссан в Британию – порт Плимут. После всех мытарств рота собирается в Трентам Парке (Trentham Park), центре перегруппировки французских войск в Великобритании. Во Франции правительством Пэтэна уже подписана капитуляция и перед военнослужащими роты стоит суровый выбор – продолжить сопротивление агрессору и стать для французких властей вне закона или вернутся во Францию. Лейтенанты Даниэль Диври (Divry) и Жан Вольви (Volvey), а также два сержанта и 17 солдат остаются в Англии и в дальнейшем составляют костяк 1-й танковой роты «Сражающейся Франции» (1re Compagnie de Chars de la France Libre). Остальные военнослужащие роты через Марокко в августе 1940 возвращаются во Францию.
А по поводу представленного Вами фото, единственное место, где танкисты 342 CACC имели контакт с британскими танками – Гипава 18 июня 1940 года. Если Вы прочитали мой комментарий, то поймете, что в тот момент парням было ну уж явно не до фото. Моё мнение, фото сделано намного раньше, где-то в 20-х числах мая и не в Кале (там были танки только 3 RTR) и на фото изображены французские солдаты уж никак не 342 CACC и не факт, что танкисты.
Всего доброго.
Слегка Вас разочарую, думный Вы наш, но у меня есть, в том числе, те материалы, по которым Питер Браун писал. Прежде всего, материалы из Бовингтона. Данные по производству, весьма подробные, есть в ЦАМО. Не не буду Вам мешать с сиянем Вашего нимба, продолжайте в том же духе.
---------------------------------------------------
Вопрос кому "политика умиротворения" помогла больше более, чем спорный, но похоже все же, что Гитлеру. Он и "люфтваффе" и "панцерваффен", да и вообще Вермахт развернул, и производственные мощности и ресурсы Австрии и Чехии получил.
Все возможности для такого союза были.
ПыСы. У немцев на первую половину 1938 года Bf109E только появился, а к производству PzIII и PzIV тоже только приступили, и темпы производства не впечетляли.
Пехотные дивизии тоже нужно было развернуть, вооружить и обучить, развернуть версальский Рейхсвер в Вермахт. А ведь французам пехоту и артиллерию в таких масштабах как немцам разворачивать не требовалось, у них и так была приличная армия, а не версальский огрызок.
Ну а прежде чем считать немцев, все-таки неплохо смотреть, что там у англичан и французов творилось. Там и с авиацией было все очень плохо.
Просто была такая странная "странная война", когда Германия 80% сил выделила против Польши, а на Западе все сладко спали за линией Мажино.
Думаете французская, а тем более английская разведка не знали что Западный фронт у немцев был голый?
Он не был голый. И таки да, реального положения дел не знали ни та, ни другая. Они воообще регулярно преувеличивали численность и силы Вермахта. Для вас это новость?