В 173-й воздушно-десантной бригаде в Европе был сформирован новый батальон, специализирующийся на беспилотных штурмовых системах. Основной задачей этого подразделения было освоение применения FPV-дронов, разведывательных БПЛА и наземных роботизированных платформ, с дальнейшей передачей полученного опыта другим частям армии.
Тем не менее, командование приняло решение сократить специальные функции батальона, вернув его к традиционным задачам воздушно-десантных войск. Это стало частью стратегии генерала Кристофера ЛаНива, который акцентирует внимание на возвращении к основам. Инициатива создания батальона принадлежала его предшественнику Рэнди Джорджу, который подчеркивал, что текущие изменения на поле боя из-за войны в Украине требуют новых подходов.
На первый взгляд, такое решение может показаться нелогичным. Ранее проведенные американские учения продемонстрировали, что недорогие БПЛА стали важным элементом на поле боя, меняя привычные подходы к ведению войны. Однако этому шагу могут быть даны несколько рациональных объяснений.
Во-первых, армия пришла к выводу о ненужности отдельного батальона беспилотных систем. Опыт Украины показывает, что БПЛА следует распределять между различными подразделениями: пехотой, разведкой, артиллерией и инженерными войсками, а не сосредотачивать в одном месте.
Во-вторых, существует проблема масштабирования. Экспериментальное подразделение может быстро адаптироваться, меняя дроны, программное обеспечение, средства связи и тактики. Однако распространить подобный подход на всю армию США сложно из-за медленных процессов закупок и необходимости стандартизации, когда требуется единый и понятный механизм для всех частей.
Третья причина связана с концептуальными разногласиями внутри Пентагона. Джордж считал, что опыт Украины определяет будущее войны и требует быстрой адаптации армии к БПЛА и роботизированным системам. ЛаНив же акцентирует внимание на традиционных аспектах: пехоте, артиллерии, бронетехнике, логистике и навыках крупных соединений.
Наконец, США могут рассматривать украинскую модель как слишком специфичную для своего контекста. Украина использует дроны для компенсации нехватки авиации и боеприпасов, в то время как американская армия обладает другими возможностями и, вероятно, стремится определить, какое место массовые БПЛА должны занимать в ее структуре.
Таким образом, армия США прекращает один из наиболее заметных экспериментов, направленных на внедрение опыта, полученного в ходе войны на Украине.
