Банк России прогнозирует, что к концу 2026 года темпы роста экономики окажутся ниже показателей 2025 года, когда ВВП увеличился на 1%. Этот прогноз вызывает озабоченность касательно состояния бизнеса, рынка труда и реальных доходов граждан. Эксперты разделяются во мнениях: одни замечают признаки восстановления после не самого удачного начала года, другие предостерегают, что низкие темпы роста делают экономику уязвимой, и даже при формальном увеличении ВВП люди могут не ощутить улучшений. Мы обсудили ситуацию с доцентом факультета государственного управления МГУ Максимом Чирковым и экономистом Сергеем Хестановым.
Прогнозы и разнонаправленные оценки
Максим Чирков считает, что делать выводы о продолжающемся замедлении экономики преждевременно: «Первый квартал оказал значительное влияние на годовой показатель, поскольку его динамика была слабее ожиданий. Однако в последние месяцы наблюдается активизация». По его словам, основным сдерживающим фактором остаётся жесткая денежно-кредитная политика, при которой высокие процентные ставки делают кредиты дорогими и ограничивают развитие бизнеса.
Сергей Хестанов добавляет, что рост ВВП и замедление на самом деле не противоречат друг другу: «Экономика может увеличивать объем производства, но делать это медленнее, чем ранее. В таком случае отдельные события оказывают более значительное влияние на общую картину, а статистические данные становятся менее устойчивыми».
Насколько реален рост ниже 1%?
Хестанов указывает, что в прогнозах замедление составляет около 0,6%, но уверенность в этой оценке невысока: «Цены на нефть, условия санкций и глобальная экономическая ситуация могут существенно изменить прогноз. Кроме того, Росстат периодически корректирует данные за предыдущие периоды, поэтому не стоит воспринимать десятые доли процента как окончательный вердикт».
Чирков подчеркивает, что окончательные цифры можно будет получить лишь по итогам года, и возможны изменения статистики: «Я допускаю, что фактический рост может превзойти текущие прогнозы — последние месяцы показывают активность. Однако это всего лишь предположение, а не гарантия».
Отраслевые риски и возможности
Согласно Максиму Чиркову, проблемы отдельных компаний не всегда означают спад всей отрасли: у крупных игроков интернет-торговли могут возникать трудности, но сегмент в целом продолжает расти. Экспортёры углеводородов сталкиваются с ограничениями на поставки, однако колебания мировых цен могут частично компенсировать эти проблемы.
Хестанов также отмечает, что при низких темпах роста многое зависит от внешней ситуации и непредсказуемых событий: «Изменения на мировых рынках могут значительно повлиять на положение отдельных компаний и целых отраслей».
Что это значит для зарплат и занятости
Хестанов предостерегает, что при темпах роста ниже 3% многие начинают воспринимать ситуацию как застой, особенно на фоне продолжающегося роста цен: «Возможности для повышения заработных плат ограничены рентабельностью бизнеса. Без серьезных изменений в внешней среде рассчитывать на значительное увеличение доходов не стоит. Базовый сценарий — это сохранение текущего уровня зарплат и безработицы».
Максим Чирков отмечает, что уровень безработицы в России остаётся низким, а номинальные зарплаты растут: «Если инфляция будет продолжать замедляться, реальные доходы при прочих равных могут увеличиться. Вместе с тем многое зависит от финансового состояния конкретных компаний и стоимости кредитов».
Перспективы на 2027 год
Чирков считает, что снижение ключевой ставки при благоприятной инфляционной динамике могло бы улучшить условия для бизнеса, поддержать кредитование, инвестиции и производство, что в свою очередь ускорило бы рост. Однако он подчеркивает, что конечный результат будет зависеть от уровня инфляции и ситуации на внешних рынках.
Хестанов остаётся осторожным: без существенных изменений во внешней среде ожидать кардинальных перемен не стоит; дополнительным ограничением может стать рост налоговой нагрузки. Он отмечает, что базовый сценарий предполагает темпы роста, близкие к нынешним, с стабильными уровнями зарплат и безработицы, при этом прогноз продолжает оставаться чувствительным к внешним факторам.
Вывод
Слабый рост ВВП не равнозначен экономическому сокращению или массовому ухудшению положения работников, но и не гарантирует быстрого роста доходов. Многое будет зависеть от динамики инфляции, процентных ставок, состояния бизнеса и внешней конъюнктуры, отмечает МК.
