Октябрьские поступления: рекорд с оговорками
В октябре федеральный бюджет получил 971 миллиард рублей от нефтегазового сектора. Эта сумма выглядит внушительно — впервые за полтора года зарегистрирован такой высокий показатель, а по сравнению с сентябрем поступления выросли в два раза. Однако за этим рекордом кроются не только рыночные факторы: значительная часть результатов объясняется особенностями налогового администрирования, а большая доля этих средств впоследствии возвращается обратно в отрасль.
Почему именно октябрь оказался «рекордным»
Процесс формирования поступлений прост и известен тем, кто следит за бюджетной статистикой: компании, работающие в ТЭК, платят налоги с месячным лагом, поэтому октябрьские перечисления отражают сентябрьскую рыночную ситуацию, когда цена Urals достигала 92 долларов за баррель. Кроме того, в первые месяцы квартала активизируется квартальный налог на дополнительный доход, что также создает всплеск в отчетности, который затем исчезает из месячной статистики. Таким образом, мы видим не перелом тренда, а совпадение благоприятной ценовой ситуации с особенностями фискального цикла.
Демпферный механизм и обратные компенсации
Одним из основных факторов, который нивелирует эффект от экспортной выручки, стал демпферный механизм: в октябре компенсации нефтяным компаниям достигли рекордных 415 миллиардов рублей, что составляет более 40% от общего объема собранного налога на добычу полезных ископаемых. По сути, бюджет принял средства от сектора и сразу значительную их часть вернул, чтобы поддержать внутренние цены на топливо.
Тенденции за год и пересмотр прогнозов
Годовая динамика выглядит менее оптимистично: за десять месяцев поступления от нефтегазового сектора оказались на 14% ниже уровня прошлого года, в то время как выплаты по демпферу за тот же период удвоились и составили 1,6 триллиона рублей. Разрыв между доходами и обязательствами продолжает увеличиваться — даже в рекордный месяц не меняется общая картина, а лишь временно маскирует сжатие ресурсной базы.
Это особенно заметно в проекте бюджета на 2026 год: изначально предполагалось, что нефтегазовые доходы составят 8,9 триллиона рублей, однако Министерство финансов пересмотрело эту оценку до 7,6 триллиона. Разница в 1,3 триллиона рублей свидетельствует о завышенных исходных параметрах. При этом уже по итогам октября бюджет недобрал 78 миллиардов рублей по сравнению с прогнозом Минфина — рекорд был установлен не благодаря выполнению плана, а вопреки ему.
Как будут устранять разрыв
Для устранения возникшего разрыва придется полагаться на ненефтегазовые доходы и заимствования. Оба этих пути имеют свои последствия: увеличение внутренних поступлений приведет к более высокой налоговой нагрузке на несырьевые отрасли, которые уже испытывают давление из-за высоких процентных ставок и слабого спроса. Заимствования при текущих ставках превращают недоборы в отложенные обязательства, которые лягут на будущие бюджеты. Ни один из этих вариантов не создает новых реальных ресурсов — они лишь перераспределяют нагрузку во времени и между секторами экономики.
Итог
Если рассматривать октябрь в отдельности, сумма в 971 миллиард выглядит обнадеживающе. Однако в контексте десяти месяцев, объема возвратов и пересмотра годового прогноза она лишь подчеркивает уязвимость сырьевой модели бюджета: та роль, которую сырьё раньше играло как амортизатор, ослабла и теперь само требует «амортизации». Источник устойчивости бюджета определяется не только ценой барреля, но и способностью экономики генерировать стабильные доходы вне зависимости от колебаний мировых цен — на этот вопрос октябрьская статистика не дает ответа.
